Ускорение атома. В глобальной экономике усилится ядерная «энергетическая гонка»

размер шрифта: Aa | Aa
10.10.2012 09:55

15–16 октября в столице США состоится очередное заседание казахстанско-американской комиссии по энергетическому партнерству, которая обещает придать новый импульс развитию ядерной энергетики нашей страны.
 altДанная сфера обещает стать конкурентным кластером для Казахстана в XXI веке, поскольку республика имеет здесь большой потенциал роста. Об этом в интервью газете «Литер» говорит заместитель генерального директора Национального ядерного центра (НЯЦ) РК, директор Института радиационной безопасности и экологии Сергей Лукашенко.

– Для США ядерная сфера имеет чувствительный характер. Не со всеми странами американские власти обсуждают сотрудничество в области мирной ядерной энергетики. Сергей Николаевич, как вы оцениваете характер казахстанско-американских отношений в данной сфере?
– Вопрос чувствительной информации всегда такой – чувствительный. И у нас с Соединенными Штатами в данной сфере нормальные отношения. Такую информацию опасно предоставлять тем странам, которые не соблюдают международные нормы. Если государство соблюдает все договоренности, то есть допускает инспекторов к объектам, подписало международные конвенции и не чинит никаких препятствий при проверке, то в принципе ей могут передать любые технологии, в том числе двойного назначения. В этом смысле у Казахстана очень хороший рейтинг и статус. Поэтому здесь я проблем не вижу. Более того, т.к. у нас имеется бывший Семипалатинский полигон, а это специфический объект, то по факту мы являемся обладателями информации, которая другим неведома. Это еще один фактор, который придает Казахстану особый статус, и в США это прекрасно понимают. Что касается чувствительной информации, то здесь верно говорить не столько об информации, сколько о развитии.
– В данный момент Казахстан, кроме США, сотрудничает с Россией и Францией в сфере атомной энергии. Какие преимущества мы получаем от такого партнерства и в чем ее особенность?
– Насколько я знаю, именно «Каз-          атомпром» создает совместное предприятие по производству тепловыделяющих сборок. Сотрудничество обычное, нормальное, коммерческое, то есть новое производство, новые технологии, причем это безусловно технологии очень высокого уровня (создание таких сборок. – Ред.). Поэтому все плюсы связаны с развитием новых высокотехнологичных производств.
– В последнее время в Казахстане снова заговорили о строительстве АЭС, и даже называются расходы – 9,5 трлн тенге, которые потребуются на ее возведение. Что даст АЭС Казахстану, кроме тепла и электричества?
– Во-первых, я бы обратил внимание именно на то, что это даст тепло и электричество. Это все-таки самое главное. Во-вторых, создание атомных электростанций – это перевод страны на иной технологический уровень. Тут, конечно, возникает вопрос о том, как развивать ядерную отрасль дальше, но, как правило, речь идет о постепенном создании на территории страны производств, которые будут понемногу заменять детали атомной электростанции. То есть в первую очередь вспомогательного характера, и их создание всегда влечет за собой производство чего-то нового. В-третьих, это имидж страны. Если в государстве есть атомная станция, то оно уже не является членом третьего мира. По этому поводу мне нравятся слова Ленина: «Политика есть концентрированное выражение экономики». И потом, если у тебя такой статус, то и общаются с тобой по-другому.
– Атомная отрасль Казахстана пережила смутные 90-е годы, в 2000-х выбилась в лидеры по добыче урана в мире, а в перспективе предполагается создать на базе «Казатомпрома» вертикально интегрированную компанию. Такие планы требуют квалифицированные кадры. Как сегодня стоит проблема? И где они обучаются?
– Во-первых, они готовятся, и утверждать, что у нас ничего нет, нельзя. Имеются соответствующие кафедры при вузах. У нас в Семипалатинске при институте радиационной безопасности и экологии существуют филиалы двух кафедр – семипалатинского пединститута и семипалатинского госуниверситета им. Шакарима, правда, по радиоэкологии, по нашей специализации. У института атомной энергии есть кафедры с другими университетами, именно по физике ядерных реакторов. «Кузницы кадров» в стране есть, не скажу, что их много, но и говорить, что их нет, – это неправильно. У нас есть еще НЯЦ, это все-таки 2,5 тысячи высококвалифицированных специалистов, в первую очередь в области атомной энергетики. Есть еще свои тренинг-центры. Я лично проблемы в этом не вижу. Их можно подготовить, как это делается, тоже понятно. Тем более что сейчас есть широкая возможность международной кооперации, т.е. возможность направить на обучение человека в любое государство. МАГАТЭ всегда поддерживало в этом вопросе страны, в том числе в виде тренинга специалистов контроля качества.
– Генсек Всемирного энергетического совета (ВЭС) Кристоф Фрей заявил, что атомная энергетика восстанавливает свои позиции после аварии на АЭС «Фукусима». Насколько такая оценка соответствует действительности?
– Я не могу дать квалифицированной оценки этому высказыванию, но могу поделиться своей точкой зрения. В общем и целом я с ним согласен, потому что Япония вроде запустила блоки АЭС. Недавно у нас были представители министерства энергетики Японии, и они нам рассказывали о планах по атомной энергетике, из чего следует, что они намерены возобновить работу атомной электростанции в том же объеме, но не сразу. Индия вообще никак не отреагировала на события на Фукусиме, так же как и Китай. У меня не возникает ощущения, что где-то что-то затормозилось. Во-первых, я думаю, что есть опыт Чернобыля, когда поняли, что по 20 лет некоторые страны потеряли и оказались позади тех государств, которые в меньшей степени реагировали на проблемы модернизации и усиления безопасности ядерных объектов. Поэтому сегодня гораздо быстрее прошел период адаптации и осознания последствий, а растущая экономика все равно будет требовать энергии. К примеру, в Европе немного другое отношение к этому. К слову, Литва собирается строить АЭС. И Беларусь.
– Можно сказать, что будет «энергетическая гонка»?
– Безусловно, будет. Проблема будет в другом. Сегодня не так много стран, которые могут строить ядерный реактор. Я думаю, что возникнет дефицит мощностей. К примеру, США не строят. Они в свое время неправильно оценили ситуацию. Я как-то читал доклад высокопоставленного чиновника, который пишет, что «если мы (американцы. – Ред) будем себя так вести, то Россия, которая нас обходит на 10 лет, обойдет еще на 10». Мне лично было интересно познакомиться с такой статьей, потому что мы привыкли читать в изданиях стран СНГ о том, что мы отстаем, а там, в США, высказывалась обратная точка зрения.
Проблема будет в том, что ядерная энергетика является наукоемкой, трудоемкой и технически сложной сферой, просто так ее не создашь. И как бы не вышло так, что мы снова придем к Китаю, поскольку требуется соответствующий потенциал.
– Получается, что «стройкой века» займется Китай? А кто будет у нас строить АЭС?
– Возможно, и Китай. У них есть свой дизайн, и, насколько я знаю, они даже продали одну станцию. Относительно Казахстана – скорее всего, все работы будут производиться по найму. Естественно, что основные виды работ будет производить наша отечественная строительная компания, но субподрядчиком станет тот, кто поставит реактор, выбранный нами.

Андрей ВЕРМЕНИЧЕВ, Алматы

10.10.2012

http://www.liter.kz


Ключевые слова: заседание казахстанско-американской комиссии по энергетическому партнерствуСШАКазахстансотрудничествоЛукашенко
PDFПечатьE-mail
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить